http://www.poistine.com/_pictures/photos/people/pope-john-paul-ii-and-mother-teresa.jpg

Как сообщают, за 25 лет своего правления папа Иоанн Павел II произвёл в святые 483 человека — больше, чем все предыдущие папы. Одна из тех, кого он причислил к лику блаженных, но не успел канонизировать — мать Тереза — католическая монахиня родом из Албании. Её принимали с почётом богачи и знаменитости, и при этом прославляли как защитницу бедняков. Любимица буржуазных СМИ и западных властей, сама знаменитость в стиле кинозвёзд, мать Тереза долгие годы была самой почитаемой женщиной в мире. Её осыпали похвалами и наградили Нобелевской премией мира в 1979 году за её «гуманитарные труды» и «духовное воодушевление».

При этом обычно не сообщали о крупных суммах, полученных ею от богатых пожертвователей, включая миллион долларов от осуждённого мошенника Чарльза Китинга. Она послала горячую мольбу о его помиловании судье. Прокурор предложил её вернуть подарок Китинга, потому, что это были краденные деньги. Она этого не сделала. Она также принимала солидные суммы от Дювалье-сына, грабившего казну Гаити.

Её «больницы» для бедных в Индии и в других местах были не более чем складами людей, в которых тяжелобольные лежали на циновках, иногда по 50—60 в комнате, без врачебной помощи. Их болезни обычно не диагностировались. Еда была скудной, а санитарные условия — плачевными. Там почти не было квалифицированного медперсонала, обычно только необученные монашки и монахи.

Однако когда сама Тереза заболевала, она ложилась в самые дорогие больницы и санатории, получая первоклассную медицинскую помощь.

Она ездила по всему миру, проповедуя против разводов, абортов и противозачаточных средств. На церемонии награждения Нобелевской премией она провозгласила, что «величайшая угроза миру во всём мире — аборты». Однажды она предположила, что СПИД может быть справедливым наказанием за предосудительное сексуальное поведение.

Тереза постоянно занималась саморекламой, при этом не гнушалась ложью. Она утверждала, что её миссионерская организация в Калькутте кормила в день более тысячи человек. Иногда она называла цифры в 4000, 7000 и 9000. На самом деле её благотворительные столовые кормили не более 150 человек шесть раз в неделю, включая монашек, послушниц и монахов из её свиты. Она утверждала, что её школа в трущобах Калькутты учит 5000 детей, а на деле их было меньше 100.

Тереза утверждала, что в Калькутте у неё 102 центра помощи семьям, но житель Калькутты Ароуп Чаттерджее, который много времени потратил на изучение её миссионерской деятельности, не смог найти ни одного такого центра.

Как объяснил один из её поклонников:
«Мать Тереза не из тех, кто беспокоится о статистике. Она часто повторяла, что важно не то, сколько сделано, а сколько любви вложено».

На самом ли деле Тереза ничего не понимала в статистике? Наоборот, её многочисленные неточности постоянно и удобно были ошибками в одну сторону, крайне преувеличивая её достижения.

За долгие годы её миссионерской деятельности в Калькутте случилось более десяти наводнений и многочисленные эпидемии холеры, с тысячами жертв. Различные организации помогали жертвам, но Тереза и её команда не принимали в этом никакого участия, кроме краткого появления во время одного из бедствий.

Когда кто-то спросил Терезу, как люди, лишённые власти и денег, могут сделать этот мир лучше, она ответила: «Они должны больше улыбаться», чем очаровала некоторых слушателей. Во время пресс-конференции в Вашингтоне её спросили:
«Учите ли вы бедных смиряться со своей участью?».

На что она ответила:
«Я думаю, это прекрасно, когда бедные смиренно принимают свою участь, деля её со страстями Христовыми. Я думаю, что страдания бедняков очень помогают миру».

Но сама она жила более чем в достатке, останавливаясь в роскошных гостиницах во время заграничных поездок. Похоже, оставалось незамеченным, что эта знаменитость проводила большую часть своего времени вдали от Калькутты, подолгу задерживаясь в богатых домах Европы и США, летая из Рима в Лондон, а оттуда в Нью-Йорк на частных самолётах.

Мать Тереза — прекрасный образец приемлемой консервативной знаменитости, поднятой на пьедестал культурой правящих элит, «святая», не издавшая ни единого слова критики против социальной несправедливости, близкая приятельница богатых, продажных и сильных мира сего.

Она утверждала, что стоит выше политики, а на деле активно выступала против любых прогрессивных реформ. Тереза была другом Рональда Рейгана, близка с крайне правым владельцем СМИ из Англии Малькольмом Маггерриджем. Она восхищалась «Бэби Доком», который принимал её с почётом, и её поддерживал целый ряд диктаторов Центральной и Южной Америки.

Тереза была как раз того сорта святой, которые нужны были папе Иоанну Павлу II. После её смерти в 1997 году, он не стал соблюдать пятилетний период ожидания, обычный перед началом причисления к лику блаженных. В 2003 году за рекордно короткий срок Тереза была объявлена блаженной — переходная степень к святости.

Но в 2007 году её канонизация наткнулась на неожиданное препятствие. Обнаружилось, что помимо прочих противоречий её жизни, Тереза также не была оплотом духовной радости и неуклонной веры. Её дневники, исследованные католическими властями в Калькутте, открыли терзавшие её сомнения:
«Я чувствую, что Бог меня не хочет, что Бог не есть Бог, и что он на самом деле не существует… Люди думают, что моя вера, моя надежда и моя любовь всепоглощающи, что моя тесная связь с Богом и единение с его волей наполняют моё сердце. Если бы только они знали, что небеса не значат ничего».

Бессонными мучительными ночами она писала:
«Мне говорят, что Бог любит меня, однако реальность тьмы, холода и пустоты так велика, что ничто не трогает мою душу».

«Иль Месседжеро», популярная римская газета, заметила:
«Настоящая мать Тереза один год имела видения и следующие 50 лет сомневалась — до самой смерти».

Другой пример скороспелой святости, организованной тем же папой — быстрое причисление к блаженным в 1992 году реакционного священника Хосе Мария Эскрива де Балакур, сторонника фашистских режимов в Испании и во всём мире, основателя Опус Деи — могущественного тайного ультраконсервативного движения, которое многие считали зловещей сектой. Он был причислен к лику блаженных уже спустя 17 лет после смерти — рекорд, побитый только матерью Терезой.

В согласии со своими политическими взглядами, Иоанн Павел II использовал канонизацию для объявления святыми таких ультраконсерваторов как Эскрива и Тереза, — и, тем самым, освящая всё, что они олицетворяли. Ещё один ультраконсерватор, которого сделали святым, был, как ни странно, последний правитель Австро-Венгерской империи император Карл.

Иоанн Павел II также причислил к лику святых кардинала Алоизиуса Степинача — главу хорватской церкви, принявшего с распростёртыми объятиями нацистов и усташей во время Второй мировой войны. Он заседал в парламенте усташей, неоднократно появлялся в компании высокопоставленных нацистов и усташей, и открыто поддерживал фашистский режим в Хорватии.

В пантеоне Иоанна Павла II реакционеры имели куда больше шансов стать святыми, чем реформаторы. Например, архиепископ Оскар Ромеро выступал против несправедливости и угнетения бедных в Сальвадоре, и за это был убит эскадроном смерти. Иоанн Павел II никогда не осуждал это убийство или убийц, только назвал это «трагическим». И не более чем за несколько недель до этого убийства высокопоставленные лица из партии Арена — политического крыла эскадронов смерти — послали в Ватикан хорошо принятую там делегацию, которая жаловалась на публичные выступления Ромеро в защиту бедных.

Ромеро многие бедняки в Сальвадоре считали святым, но Иоанн Павел II пытался запретить любое обсуждение его канонизации на 50 лет. Массовое давление из Сальвадора вынудило его сократить отсрочку до 25 лет. В любом случае, Ромеро не спешили канонизировать.

Наследник Иоанна Павла II Бенедикт XVI отменил пятилетний период ожидания, чтобы канонизировать скоростным методом самого папу, так что тот шёл голова к голове с Терезой. Уже в 2005 году появились отчёты о возможных чудесах, совершённых покойным.

Одно из таких свидетельств предоставил кардинал Франческо Марчисано. Обедая с Иоанном Павлом II, кардинал показал, что из-за болезни он не может использовать свой голос. Папа «приласкал моё горло, как брат, как отец, каким он был. После этого я лечился семь месяцев и смог говорить снова». Марчисано считает, что папа мог поспособствовать его исцелению: «Может быть», — сказал он. Чудо! Вива папа!

Майкл Паренти, 22 октября 2007 г.
Перевод с английского Аллы Никоновой

Источник